
Когда я впервые увидел в утренних новостях тот странный указ из Белого дома, сердце слегка забилось: будто кто‑то нажал кнопку «старт» новой экономической битвы с Канадой.
По сути, каждый федеральный контракт теперь обязуется обходить канадские товары, разве что речь идёт о продуктах, для которых в США нет даже примитивных аналогов. Звучит просто, но в реальности это значит, что целый ряд привычных материалов, от алюминия до программного обеспечения, исчезнут из государственных закупок.
Тут кажется, что они выстроили свою позицию на трёх прочных столпах, каждый из которых хочется бросить в зрительный зал.
Для канадских компаний это, без преувеличения, как будто их внезапно перекрыли главную дорогу. Как долго они смогут обойти новые барьеры, если новые рынки обещают меньше прибыли? А в США? Есть ли уверенность, что отечественные заводы мгновенно заполнят образовавшиеся пустоты, или же мы рискуем столкнуться с дефицитом и ростом цен?
Можно представить, как этот «экономический удар» отзовётся в реальном росте производства. Сможет ли он стать катализатором домашней индустрии, или же добавит лишь новые шрамы в уже натянутую сеть международных торговых отношений? Я задаюсь тем же вопросом каждое утро, когда читаю столбики цен в газетах.